>Белорусский Конгресс Демократических Профсоюзов (БКДП)
Ассоциация профсоюзов
БЕЛОРУССКИЙ КОНГРЕСС
ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ПРОФСОЮЗОВ


   


НИКОЛАЙ КАНАХ, ЗАМЕСТИТЕЛЬ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ БКДП: «ДВОЙКА» ЗА ДЕМОКРАТИЮ



Конечно, демократизация создает новые возможности как для общества в целом так и для каждого гражданина в отдельности. В начале 90-х, когда я был председателем профсоюзного комитета метрополитена, мы думали так- же. И считали, что начавшаяся в те годы демократизация необратима. Оно все к тому и шло. В нашем молодом тогда коллективе все спорные вопросы решались на конференциях трудового коллектива, к мнению которого руководство прислушивалось. Коллективный договор считался законом и нарушать его никто не смел. (газета "Товарищ", № 669, 24.09. 2008 г.)


Та еще демократизация

Потом появился новый начальник метрополитена некто Владимир Набешко. Демократические методы руководства он не воспринимал категорически. И вообще казалось, что пришел из времен наркома транспорта Лазаря Кагановича.

Между прочим, во времена Кагановича на транспорте существовала военизированная система. Был даже Устав, который уже в наши годы поменяли на Положение о дисциплине. Оно существовало помимо Трудового кодекса и было достаточно жестким. Оно предусматривало дополнительные наказания к работникам метрополитена за грубые нарушения. Допустим, машиниста могли на год снять с его престижной должности.

Более того: если человек в железнодорожной форме, не находясь на работе, но на территории метрополитена в качестве пассажира что-то нарушил, его могли за это уволить.

То есть, в метрополитене ни о какой разболтанности просто речи не могло идти.

А тут Набешко со своими: «Я сказал!», «Я требую!»

В начале к нему относились с иронией: как пришел, так и уйдет. А он однажды своим приказом отменил ряд положений коллективного договора. И на все попытки переубедить реагировал грубо и жестко. Нас, профсоюзных активистов, просто не воспринимал.

Мы, как и полагается по закону, обратились в прокуратуру. И городская, и транспортная нам отвечали: да, руководитель метрополитена допустил нарушения. Из горисполкома писали то же самое. Но мер к нарушителю никто не принимал.

Мы обратились в суд. Суд признал нашу правоту и — и только. Тогда собрали конференцию трудового коллектива: что делать? Народ настаивал на забастовке. Я был, пожалуй, единственным, кто голосовал против. Потому что незадолго до этого была жестко подавлена голодовка депутатов.

— Если с ними так можно, — говорил я на конференции, — то как можно с нами?

Но люди, почувствовавшие за эти годы, что их слово кое-что значит, не хотели уступать. И решение о забастовке проголосовали.

На следующий день коллектив уже с 5.00 утра собрался в электродепо. А потом туда же ввалился ОМОН.

Тогда мы впервые увидели этих людей в масках, со всем снаряжением. Они вытеснили нас на улицу и мы вынуждены были пешком идти на площадь Свободы, где находился офис свободного профсоюза. И там остались.

К нам приходили люди из администрации депо и требовали подписать отказ от забастовки — что противозаконно. Приходили люди из горисполкома со своими требованиями…Все сводилось к одному: прекратить нашу акцию! Как потом выяснилось, последнюю забастовку в Беларуси.

На третий день нашего стояния на площади Свободы пришли грузовики, из которых начали выгружаться военные при оружии. Тогда мы поняли: нужно остановиться. И попросили людей разойтись.

Потом лидеров профсоюза — меня, Макарчука, Антончика, Быкова — увезли в воинскую часть и там держали. А возле наших кроватей каждые два часа сменялись охранники в масках и при полном вооружении…И смешно и страшно.

Был суд, мы получили свои десять суток и были отправлены на Окрестина.

Воздух свободы

Воздух свободы дорого стоит — мы тогда поняли это, может быть, первыми в Беларуси. Кстати, забавный эпизод: во время выборов 1994 года многие из сотрудников метро решили собрать подписи за Лукашенко и делали это в вестибюлях метро. Горисполком, воспользовавшись нормами положения о дисциплине на метрополитене, тогда потребовал уволить с работы всех, кто этим занимался. Но наш профсоюз еще имел силу и людей удалось отстоять. Помню, со мной связался небезызвестный Федуто, тогда помощник кандидата в президенты Лукашенко: Александр Григорьевич хотел бы вас видеть. И была встреча с теми, кто собирал за него подписи и кто потом, кстати, участвовал в забастовке. Лукашенко хвалил их за активность и говорил, что если он придет к власти, то именно на активных людях будет держаться Беларусь. Потом он пришел к власти, а активные и принципиальные пошли — кто в поисках работы, а кто и на Окрестина…

Но я не об этом. Я просто хочу сказать: что-то в этом роде происходило со всеми, кто глотнул воздух свободы.

Журналисты создавали свои газеты, вкладывали последние деньги, а потом их начали громить…

Предприниматели создавали свои предприятия, а потом их начали банкротить…

Фермеры рванулись к земле, но потом оказалось, что колхозам дается все, а им ничего…

И самое страшное: со всеми нами расправлялись поодиночке. Я помню, как после разгрома нашей забастовки работала государственная пропаганда, как она внушала нашим полуголодным землякам: они там в метро зажрались! И наши земляки повторяли: да, они зажрались, так им и надо!

В то же самое время проходила забастовка транспортников Германии. Мы смотрели телерепортажи об этом. Мы видели, как люди на улицах немецких городов говорили репортерам: да, забастовка транспортников создает нам неудобства, но наши граждане имеют право бороться за свои права!

В Беларуси уже существовали партии, общественные организации, так называемый, «третий сектор». Все самоутверждались, все конкурировали, все злорадствовали по поводу проблем у коллег по цеху…И никто никому не помогал.

Рушились газеты, банкротились производители, извращались выборы — и никто не выходил на площади.

Я понимаю, что это были времена младенческой демократии, когда еще никто не понимал: она не только дает новые возможности, она крайне уязвима. Как всякий младенец. Ее нужно оберегать — как всякого младенца.

На глупости много больше

Люди борются только тогда, когда им есть за что бороться. Пожалуй, это аксиома. А ведь надо еще чтобы люди поняли, что им «есть за что!» бороться. Иначе получается, как в известной фразе Бертольда Брехта:» Шагают бараны в ряд, бьют барабаны. Кожу для них дают те же бараны!»

Что касается «верхов», то сейчас, когда прошло немало лет после той нашей первой (и последней пока!) забастовки 1995 года, опыт взаимодействия и взаимопомощи уже накоплен. Хотя Владимир Колос в предыдущей статье под этой рубрикой писал, что никто из демократических лидеров ничему не научился, я не могу с этим согласиться. В конце концов, созданы Объединенные демократические силы, что немаловажно. Лидеры научились договариваться и иногда даже выполняют взаимные обязательства.

Но то, что называется «общественное сознание» сегодня неразвито абсолютно, воспринимая только материальные подачки от власти. И даже не представляя себе, что в иных условия они могли бы жить значительно богаче как материально, так и духовно — имей они право выбора. Не зря кто-то из великих говорил: «Могущество царей основано на их рассудительности и на глупости народов. Причем, на глупости много больше».

Жизнь постоянно подтверждает это. Возьмем самый простой пример: человек, устраиваясь на работу, приходит на предприятие. И его сразу, еще до отдела кадров направляют в профсоюзный комитет ФПБ: сразу встаньте на учет! Человек идет и становится на учет, сразу лишая себя права выбора и возможности защиты в случае конфликта с администрацией. Теперь уже с ним можно делать все: прекращать контракт, продлять или не продлять контракт…

Кстати, разговоры о всеобщей системе краткосрочных контрактов шли еще тогда, когда федерацией руководил Владимир Гончарик. Но нам удавалось сдерживать давление властей. Сейчас сдерживать его уже некому.

И вот получается: у члена нашего профсоюза не предприятии кончается контракт и ему говорят: если ты переходишь в ФПБ, мы продляем контракт…Если нет — остаешься без работы.

Тем не менее, в нашей БКДП сегодня тысячи членов и их количество растет — это значит, в общественном сознании растет стремление иметь право выбора. Мы видим свою задачу в том, чтобы давать им информацию. Объяснять, что происходит в обществе. Научить задавать вопросы: почему, к примеру, власти говорят о строительстве АЭС как о деле решенном? Почему никто не спросил у нас? Может быть, лучше больше платить за электроэнергию, но избежать опасности?

Нужно объяснить людям, что больше ставить эти вопросы некому. Потому что в парламенте сидят пенсионеры и коньюнктурщики. В правительстве — приспособленцы.

Надеяться можно только на самих себя. Собственно говоря, это и есть демократия. В этом и заключаются самые большие и самые новые возможности.




25.09.2008





  Имя
 
 
Пожалуйста, решите эту задачу Задача:     =  


 
отправить сcылку по почте   |   версия для печати


ТОП НОВОСТИ

   Все новости »


Б Л О Г
АЛЕКСАНДРА
ЯРОШУКА

Блог Александра Ярошука

Всемирный день борьбы за достойный труд













Белорусский независимый профсоюз (БНП)
Свободный профсоюз - Полоцк
Свободный профсоюз металлистов
Белорусский профсоюз работников радиоэлектронной промышленности (РЭП)
Mojazarplata.by








Белорусский независимый профсоюз (БНП) Белорусский независимый профсоюз (БНП) Свободный профсоюз металлистов (СПМ) Свободный профсоюз металлистов (СПМ) Белорусский профсоюз работников радиоэлектронной промышленности (РЭП) Белорусский профсоюз работников радиоэлектронной промышленности (РЭП) Свободный профсоюз Белорусский (СПБ) Свободный профсоюз Белорусский (СПБ)




Главная  |  Визитная карточка БКДП  |  Архив новостей  |  Фотоархив   |    Контакты

Все права защищены. При перепечатке материалов, активная ссылка на сайт обязательна.
© 2002-2018 | Ассоциация профсоюзов «Белорусский конгресс демократических профсоюзов» (АП БКДП) | www.bkdp.org
  220095, Республика Беларусь, г.Минск,
ул.Якубова, 80-80, офис.2,
E-mail: bcdtu@mail.ru
Т.ф. +375 (17)2148905 (06)

  Rating All.BY

SEO: CMS Status-X