25 мая состоялось заседание Группы трудящихся, в котором принял участие лидер БКДП Александр Ярошук.  26 и 27 мая состоятся заседания Генсовета Международной конфедерации профсоюзов (МКП). Генеральный секретарь МКП  Шаран Барроу и Александр Ярошук выступят с оценкой ситуации в Беларуси и выработкой мер по дальнейшему давлению на режим, включая рассмотрение белорусского вопроса на МКТ. 28 мая - очередное заседание Группы трудящихся. 1 июня состоится Координационное совещание МКП, на котором будет рассматриваться порядок и регламент рассмотрения Беларуси, включая согласование выступающих.

  Вчера, накануне открытия МКТ, Александр Ярошук участвовал в заседании Группы трудящихся, которое открыла Мария Хелена Андре. Она проинформировала участников заседания о том, что в этом году в так называемый «короткий список» войдут не 25 стран, как обычно, а 19, в связи с виртуальным форматом проведения конференции. Беларусь возглавила список из четырех стран -- Беларусь, Гана, Таджикистан, Туркменистан, в которых нарушения прав трудящихся и профсоюзов в последнее время достигли беспрецедентных масштабов и отражены в опубликованном в марте 2021 года Докладе  Комитета по свободе объединения МОТ. Ситуация в этих странах будет рассматриваться Комитетом по нормам, работающим в рамках Международной конференции труда, в первую очередь.  
   Международная конференция труда - высший орган МОТ - собирается раз в год в Женеве, чтобы обсудить ключевые проблемы в сфере труда, разработать и принять международные трудовые нормы и проконтролировать их выполнение. Форум объединяет представителей правительств, трудящихся и работодателей из 187 государств - членов МОТ.
  Международная конференция труда открылась 20 мая для избрания должностных лиц. Затем конференция разделится на две части; первая будет работать в июне 2021 года, вторая - в ноябре-декабре 2021 года
  Июньские заседания начнутся 3 июня с заседаний комитетов конференции, которые, как ожидается, продлятся две с половиной недели.
  За последние 20 лет Беларусь неоднократно попадала в «короткий список» стран, где наиболее злостно и цинично нарушаются права профсоюзов, не выполняются Конвенции МОТ № 87 и 98, гарантирующие работникам право на объединение в профсоюз и ведение коллективных переговоров. 8 раз наша страна вносилось в спецпараграф доклада Международной конференции труда!!!. В 2004 году в Беларуси работала специальная комиссия МОТ по расследованию нарушений прав работников. Назначение комиссии, ее расследование и выводы, а затем и мониторинг со стороны Европейского Союза, вместе с требованиями Международной конфедерации профсоюзов привели к упразднению в 2007 году торговых преференций Евросоюза. По этой причине экономика страны несла большие убытки.
  МОТ не принуждает к исполнению  ратифицированных Конвенций. Тем не менее, существуют механизмы контроля МОТ за исполнением Конвенций и Рекомендаций, основная суть которых заключается в исследовании обстоятельств предполагаемых нарушений трудовых прав и придание им международной огласки в случае длительного игнорирования замечаний МОТ государством-участником. Этот контроль осуществляется Комитетом экспертов МОТ по применению Конвенций и Рекомендаций, Комитетом Административного Совета по свободе объединения и Комитетом Конференции по применению Конвенций и Рекомендаций.
   В исключительных случаях, в соответствии со статьей 33 Устава МОТ, Международная конференция труда может призвать своих членов к осуществлению воздействия на государство, особенно злостно нарушающее международные трудовые стандарты. На практике это было сделано один раз — в 2001 году в отношении Мьянмы, в течение десятилетий подвергавшейся критике за использование принудительного труда и отказывавшейся сотрудничать по этому вопросу с МОТ. В результате, ряд государств применили в отношении Мьянмы экономические санкции и она была вынуждена сделать ряд шагов навстречу МОТ.

Из зала суда Сергея Гурло отпустили домой — приговор вступит в силу через 10 дней. За это время ему необходимо собрать деньги на выплату компенсации.

   — Сокращение зарплат — это проблема, и не нужно быть великим экономистом, чтобы прогнозировать дальнейшее падение зарплат. Мы не знаем, каким будет курс бело­русского рубля и инфляция, но, скорее всего, прогнозы тут вряд ли могут быть благоприятными.
   Сокращение зарплат пока не носит критического характера. Но сейчас непомерно повысилась цена участия в протестных акциях, и в краткосрочной перспективе это будет способствовать снижению протестной активности. Люди не готовы за участие в акциях платить такую высокую цену. Однако в долгосрочной перспективе сокращение зарплат станет одним из триггеров, и он будет подталкивать людей к возможным акциям протеста или другим формам выражения недовольства. Маленькие зарплаты, конечно, отразятся и на настроениях людей, и на социально-экономической ситуации.
   По моим наблюдениям, в частных компаниях положение лучше, чем в государственных. В совокупности уровень зарплаты и социальная защищенность работников в частных компаниях выше. Не знаю, почему родилось это неприятие властью частного бизнеса, которое выражается в различных формах дискредитации. Белорусский бизнес столько лет выживает в невероятно сложных условиях, при этом он предоставляет больше социальных гарантий и выплачивает более высокие зарплаты своим работникам. Вспомните хотя бы массовые увольнения людей с крупных государственных предприятий в 2014—2016 годах: МАЗ, МТЗ, «Гомсельмаш», БелАЗ. По моим наблюдениям, на государственных предприятиях работники более бесправные.
   Другое дело, что на частных предприятиях зарплата выплачивается за работу, а на государственных, хоть зарплаты и небольшие, но зачастую они выплачиваются за время, проведенное на рабочем месте. До сих пор наши государственные предприятия выполняют социальную функцию — занятость населения. В частном бизнесе такого явления быть не может, иначе фирма обанкротится.
   Тот факт, что наш бизнес смог выжить, вселяет надежду на то, что при благоприятных условиях он будет развиваться очень стремительно, а значит, будет и рост зарплат, и повышение социальной защищенности работников. Однако такое возможно лишь при существенных политических транс­формациях.
   Национальный совет по трудовым и социальным вопросам уже год не собирался. В прошлом году меня не пригласили на онлайн-заседание, как и следовало ожидать. Наша ассоциация с представителями белорусских бизнес-сообществ в конце года обращалась к правительству с предложением рассмотреть комплекс вопросов, касающийся бизнеса и рабочих, но наши предложения были проигнорированы.

 

   -- Во время бурных событий августа 2020 года многие люди решили выразить свое мирное несогласие с результатами выборов на своем рабочем месте путем проведения забастовки. Некоторые столкнулись с административным задержанием, а некоторые - с уголовным преследованием за осуществление своего права на свободу мирных собраний. Для многих это стало поворотным моментом, когда они поняли, как мало поддержки им оказывают официальные профсоюзы. Они попытались создать независимые профсоюзы, и в ответ столкнулись с репрессиями на рабочем месте,- говорится в преамбуле отчета. -  В Беларуси после спорных президентских выборов 9 августа 2020 года сотни тысяч людей по всей стране вышли на улицы в знак протеста против их результатов. Действующий президент Александр Лукашенко заявил о своей безоговорочной победе, однако популярным кандидатом стала Светлана Тихановская, вокруг которой объединилось протестное голосование. Мирные протесты продолжаются по всей стране до сих пор – и репрессии против протестующих тоже продолжаются, с пугающей регулярностью и усиливающейся жестокостью. Сотрудники ОМОНа и милиции незаконно применяют против мирных протестующих силу, и тысячи людей задерживают только за то, что они выходят на мирные акции протеста. Задержанных часто подвергают пыткам и жестокому обращению. Более 30 000 человек были задержаны по административным статьям за участие в мирных протестах. На всё большее число протестующих заводят уголовные дела и приговаривают к длительным тюремным срокам. Жестоко преследуя инакомыслящих, власти Беларуси демонстрируют вопиющее пренебрежение к правам человека: женщины и дети, деятели искусства, пенсионеры, спортсмены, студенты, преподаватели, члены профсоюзов и другие группы – под репрессии попадают все. В рамках своей кампании #StandWithBelarus Amnesty International рассказывает о нарушениях прав человека, коснувшихся самых разных групп людей и демонстрирующих размах и глубину репрессий со стороны государства в сегодняшней Беларуси.  
    В материале приводится общая ситуация с правами профсоюзов в нашей стране и личные истории Вадима Лаптика, Ольги Бритиковой, Сергея Черкасова и Виталия Чичмарёва. Все четверо, являются активистами независимых и свободных профсоюзов.
    Ознакомится с докладом можно на официальном сайте организации – здесь.
  Amnesty International являляется всемирной неправительственной организацией, основана в Великобритании в 1961 году. Цели организаци -- «предпринимать исследования и действия, направленные на предупреждение и прекращение нарушений прав на физическую и психологическую неприкосновенность, на свободу совести и самовыражения, на свободу от дискриминации в контексте своей работы по продвижению прав человека».
  Организация привлекает внимание к нарушениям прав человека и выступает за соблюдение международных стандартов. В её задачи входит мобилизация общественности в целях оказания давления на лиц, нарушающих права человека. За свою работу Amnesty International удостоена Нобелевской премии мира, а также премии ООН в области прав человека.

   1. Международная организация труда (МОТ) должна придать гигиене и безопасности труда статус одного из основных прав наряду с существующими основными правами: свобода объединений, ведение коллективных переговоров и защита от дискриминации, принудительного труда и детского труда. Знаковое решение Административного совета МОТ в марте означает, что это должно произойти на конференции МОТ в июне 2022 года.
 
   Шаран Барроу, Генеральный секретарь МКП, сказала: «Это вопрос первостепенной важности, и на его решение уже ушло слишком много времени. Плохое здоровье и безопасность на рабочем месте уносят около 2,78 миллиона жизней ежегодно.
 
   «Превращение охраны труда и техники безопасности в одно из основных прав МОТ повысит ответственность правительств и работодателей за прекращение кровавой бойни и даст больше возможностей профсоюзам и представителям по охране труда. Только плохие работодатели будут сопротивляться этому, и мы готовы упорно бороться, чтобы спасти жизни ».






 
   2. COVID-19 должен быть классифицирован как профессиональное заболевание. Это обеспечит усиленную защиту работников и позволит получить доступ к компенсационным фондам семьям работников, которые умирают или заражены Covid-19 на работе. В прошлом году глобальные профсоюзы призвали МОТ отнести Covid-19 к профессиональному заболеванию, и первоначальный опрос МКП, проведенный в 58 странах, показывает, что на данный момент только 26 стран сделали этот шаг. В некоторых случаях это покрытие ограничено работниками сектора здравоохранения.
 
   «Большинство вспышек Covid-19 происходит на рабочих местах, в том числе в школах. Безопасные рабочие места сыграют решающую роль в сдерживании распространения пандемии.
 
   «Доступ к компенсации за связанный с работой Covid-19 особенно важен, в частности, потому, что он убил многих рабочих и может вызвать изнурительное заболевание спустя долгое время после заражения.
 
   «Хотя мы приветствуем охват медицинских работников, было бы ошибкой, что некоторые страны исключили другие, например, работников, занимающихся упаковкой мяса и складских помещений, которые из-за плохого регулирования и пренебрежения со стороны работодателя стали свидетелями высоких показателей инфицирования.
 
   «Каждый работник заслуживает страховки . Те страны, которые бездействовали, должны сделать это без дальнейших промедлений, и включение в список МОТ будет способствовать этому », - сказала Шаран Барроу.
 
   МКП также призывает к массовому увеличению производства вакцин против вируса SARS-CoV-2, вызывающего Covid-19. Это должно включать устранение всех барьеров, включая интеллектуальную собственность и рост прибылей, для обеспечения того, чтобы вакцины, тесты, методы лечения и другие инструменты общественного здравоохранения были доступны для всех без какой-либо дискриминации.







 

   Тема Всемирного дня охраны труда в 2021 году: Предвидеть кризис и быть готовым к нему – ИНВЕСТИРОВАТЬ СЕЙЧАС В АДЕКВАТНЫЕ СИСТЕМЫ ОХРАНЫ ТРУДА
   Пандемия COVID-19 поставила правительства, работодателей, работников и все население в целом перед лицом беспрецедентных вызовов, порожденных этим вирусом и его многочисленными последствиями для сферы труда. Всемирный день охраны труда посвящен стратегиям укрепления национальных систем охраны и безопасности труда (ОБТ) в целях повышения их устойчивости перед лицом как нынешнего, так и будущих кризисов, учитывая уроки прошлого и опыт, накопленный в сфере труда.
  Пандемия COVID-19 стала приобретать черты глобального кризиса с начала 2020 года, повсеместно оказывая глубокое влияние. Пандемия затронула практически все аспекты сферы труда, начиная с риска передачи вируса на производстве и заканчивая рисками, касающимися охраны и безопасности труда (ОБТ), которые возникли в результате мер противодействия распространению вируса. Так, переход на новые формы организации труда – например, повсеместное применение удаленного режима работы – принес работникам не только множество901 новых возможностей, но и потенциальные риски, связанные с ОБТ, в частности, риски психосоциального характера и риски насилия.
   Всемирный день охраны труда 2021 посвящен оптимизации элементов системы ОБТ, как это предусмотрено Конвенций 2006 года об основах, содействующих безопасности и гигиене труда (№ 187). В докладе ко Всемирному дню охраны труда рассматривается, как нынешний кризис высветил важность укреплять системы ОБТ, в том числе медицинские службы, одновременно на национальном уровне и на уровне предприятий.
МОТ использует Всемирный день охраны труда для того, чтобы привлечь внимание к этой теме и стимулировать диалог о значении создания адекватных систем ОБТ и инвестиций в них, привлекая для этого опыт противодействия и предотвращения распространения COVID-19 на производстве, накопленный в различных странах и регионах.

Международная организация труда (МОТ) ежегодно с 2003 года отмечает 28 апреля - Всемирный день охраны труда в целях содействия предотвращению несчастных случаев и заболеваний на рабочих местах во всем мире. Инициаторами проведения этого дня стала Международная конфедерации профсоюзов (МКП).
 

  
    Основная цель Всемирного дня охраны труда - привлечь внимание работодателей, работников, общественности к проблемам производственного травматизма и неблагоприятных условий труда, а также способствовать решению этих проблем.
История Всемирного дня охраны труда начинается с 1989 года, когда профсоюзами и работниками был проведён «День памяти погибших работников» в США и Канаде в память о тех, кто пострадал или погиб на рабочем месте. Именно под таким названием проводится день памяти в профсоюзах, которые объединены в Международную конфедерацию профсоюзов(МКП). Все демократические профсоюзы нашей страны, в том числе и БНП, состоят в Белорусском конгрессе демократических профсоюзов (БКДП), который является членской организацией МКП.

 

   Перевод БКДП

 От имени Норвежской конфедерации профсоюзов (LO-Норвегия) мы хотели бы выразить наши  искренние поздравления независимому профсоюзному движению Беларуси, представленному Белорусским конгрессом демократических профсоюзов (БКДП) и его членскими организациями, с награждением Премией Артура Свенссона за 2021 год.
   LO-Норвегия осознает важную роль БКДП и его членских организаций в борьбе за демократию и основные права профсоюзов в Беларуси. Мы осознаем вашу настойчивую работу по продвижению демократических прав путем бесстрашной борьбы с несправедливостью, несмотря
на все угрозы, преследования, насилие со стороны милиции и тюремное заключение. Искренне
восхищаемся вашим мужеством.
   Премия является признанием огромной важности борьбы за демократию и права профсоюзов и, как таковая, подчеркивает важность профсоюзов, как движущей силы гражданского общества, и признает вашу решающую роль в создании общества, которое служит интересам подавляющего  большинства.

   После отчётов руководства профсоюза и председателя Контрольно-ревизионной комиссии, конференция приступила к выборам. Причиной досрочных выборов руководства первички стала отставка председателя Юрия Захарова. На пост нового председателя были выдвинуты 5 кандидатов: Артёма Чайко, Николая Мисюченко, Павла Разумовского, Павла Соколовского, Александра Мишука.
   Все кандидаты взяли самоотвод, кроме Александра Мишука, который согласился не снимать свою кандидатуру, но лишь на определённых условиях.
   -- Я до последнего не готовился к конференции, это не прошлый раз, когда у меня была готова и программа, и команда. Но у меня есть несколько тезисов, - отметил в своем выступлении Александр Мишук.
   Он отметил, что профсоюзная работа – это не работа в кабинете, а постоянное нахождение профсоюзных лидеров на производстве и общение с работниками. Кроме того, от этого будет зависеть и зарплата профсоюзных функционеров.
   Александр Мишук также подчеркнул, что необходимо расширить полномочия председателя первички: «На сегодняшний момент председатель как марионетка Совета представителей и Исполнительного бюро». Он также призвал актив к прекращению внутренних распрей и объединению: «Профсоюз – это не Мишук и не Захаров, а все мы».
   Одним из выдвинутых условий Александра Мишука перед конференцией стала просьба избрать в качестве заместителя председателя Юрия Захарова. По мнению Александра Мишука, он достойно сможет возглавить команду НПГ на переговорном процессе по заключению Коллективного договора.
   На вопрос Сергея Шица, как на его взгляд можно спасти организацию сегодня? Александр Мишук ответил: «Мы должны жить на производстве».
59 делегатов из 84 делегатов проголосовали за Александра Мишука на безальтернативной основе. На пост заместителя председателя был избран Юрий Захаров, который обошёл по результатам голосования Олега Мачульского и Николая Мисюченко.
  Конференция приняла отставку председателя Контрольно-ревизионной комиссии (КРК) Сергея Хотеновского и доизбрала в КРК Сергея Садюкевича. Председателем КРК избран Артур Мичуков.
   Сергей Лосик ознакомил делегатов с проектом нового коллективного договора, который был принят конференцией. Делегаты определились с принципиальной позицией по распространению колдоговора на всех работников. За это проголосовало большинство делегатов конференции.
   В завершении Конференции ее участники приняли Постановление и две Резолюции по прекращению существующей дискриминации по членству в профсоюзе и по автотехнике в шахте.

 

  -- Поздравляем брата Ярошука и всех членов и активистов Белорусского конгресса демократических профсоюзов (БКДП). Мы знаем, что вы,  без сомнения, достойны премии Артура Свенсона  учитывая тот факт,  что в течение двадцати пяти лет вы действительно упорно держались и боролись за демократию, демократические права и свободы в Беларуси.
   А с августа прошлого года вы вывели эту борьбу на улицы, снова столкнувшись с притеснением и преследованием, с очередным  насилием и противодействием  со стороны правителя, который отказывается уйти.
   Когда народ лишают надежды на демократические выборы, то он начинает борьбу за свободные и справедливые выборы, чтобы гарантировать демократические права и свободы, тогда он - борец за свободу, он профсоюзный герой, и все вы - профсоюзные герои. Поздравляю, мы так вами гордимся!

Заявление
Исполкома Белорусского конгресса демократических профсоюзов
 

   Исполком БКДП заявляет, что принятыми 2 апреля 2021 года Палатой представителей Национального собрания (ППНС) в первом чтении поправками в Трудовой кодекс и Закон «О промышленной безопасности» под угрозой уголовного преследования вводится, по сути, запрет на проведение забастовок. Поправки не только лишают работников одного из самых действенных инструментов отстаивания своих гражданских и трудовых прав, но и грубо нарушают Конституцию страны и ратифицированную Беларусью Конвенцию №87 МОТ «О свободе ассоциаций», гарантирующие им право на забастовку.
   Исполком  БКДП отмечает, что внесением Советом Министров и принятием ППНС поправок в законодательство, регулирующее трудовые отношения без предварительного рассмотрения и согласования с социальными партнерами - нанимателями и профсоюзами, по сути, перечеркнут и превращен в фикцию социальный диалог в стране.
   Исполком  БКДП требует от Совета Министров немедленно отозвать законопроект о внесении изменений в законодательство по вопросам трудовых отношений, а от ППНС немедленной отмены принятого 2 апреля в первом чтении решения как нарушившего Конституцию страны, Конвенцию №87 МОТ «О свободе ассоциаций» и установленный порядок принятия решений в сфере трудовых отношений, исключающий их принятие без согласования с социальными партнерами – нанимателями и профсоюзами.
   Исполком  БКДП информирует ППНС и правительство, что руководящим органом независимого профцентра подготовлен и направлен на имя Генерального директора МОТ запрос на немедленное вмешательство как процедура, применяющаяся в чрезвычайных обстоятельствах и требующая экстренной реакции на ситуацию с правами трудящихся со стороны МОТ и ее руководства.

   12 апреля 2021 г. г.Минск

  Премия Свенссона присуждается ежегодно за достижения профсоюзных активистов, профсоюзов и их объединений в области борьбы за трудовые права. Она учреждена крупнейшими норвежскими профсоюзами (Industri Energi) в честь Артура Свенссона (1930 -2008 гг.), одного из выдающихся лидеров норвежского профсоюзного движения, который оказал огромное влияние на общество тем, что добился значительного улучшения положения трудящихся в Норвегии.

  В обосновании Комитета по присуждению премии, в частности, говорится:
«Международная премия Артура Свенссона за права профсоюзов» за 2021 год вручается независимому профсоюзному движению Беларуси, представленному Белорусским конгрессом демократических профсоюзов (БКДП) и его членскими организациями. Они получают награду за свою бесстрашную борьбу за демократию и основные права профсоюзов в стране с последней диктатурой в Европе.
  Беларусь считается одной из худших стран в мире в области нарушения прав трудящихся. Правозащитные организации на протяжении многих лет выражали глубокую озабоченность нарушениями прав человека в стране: «исчезновения», насилие со стороны милиции и отсутствие свободы ассоциации и свободы слова. Несмотря на попытки режима Лукашенко взять под контроль независимые профсоюзы и усложнить создание их организаций, привлечение новых членов и регулярную профсоюзную деятельность, они никогда не сдавались и продолжали работать ради своих членов.
   В связи с президентскими выборами осенью 2020 года, результат которых был явно сфальсифицирован, ситуация в стране еще больше ухудшилась. Все формы оппозиции режиму подвергаются жестокому обращению со стороны милиции, тюремному заключению и преследованиям. Независимое профсоюзное движение заняло центральное место в борьбе против фальсификации результатов выборов и в борьбе за демократию. Была организована волна забастовок, акций и демонстраций с требованием отмены результатов выборов и освобождения всех политзаключенных.
   Забастовки и демонстрации были встречены террором, массовыми арестами и пытками. Ряд представителей профсоюзов и активистов были уволены с работы, многие были заключены в тюрьмы или вынуждены бежать из страны. Офисы профсоюзов подверглись обыскам и были закрыты. Тем не менее, профсоюзы БКДП сумели увеличить свои ряды, сформировали новые первичные и отраслевые организации независимых профсоюзов и продолжили свою борьбу. В конечном итоге это будет иметь решающее значение для падения режима Лукашенко.
  Комитет по премии заявит, что при формировании нового политического и экономического курса после падения режима Лукашенко активное профсоюзное движение, независимое от политических властей, будет иметь решающее значение в построении общества, которое служит подавляющему большинству.
https://www.svenssonstiftelsen.com/post/the-independent-trade-unions-in-belarus-is-awarded-the-arthur-svensson-prize

https://www.facebook.com/svenssonprize/
   
   Лидер БКДП Александр Ярошук:
  -- Присуждение нам премии Артура Свенссона - это признание заслуг БКДП и всего независимого профсоюзного движения в защите базовых прав трудящихся и профсоюзов в Беларуси. На протяжении последних 25 лет независимые профсоюзы оставались чуть ли не единственной силой, которая была способна противостоять атакам жесткого авторитарного политического режима, стремящегося лишить работников их прав и свобод, превратить в покорных и послушных рабов. И в том, что диктатуре не удалось достичь своей цели, что рабочие Беларуси, как и весь белорусский народ, после президентских выборов прошлого года нашли в себе мужество выйти на массовые акции протеста, провели впечатляющие забастовки и стачки против фальсификации выборов, репрессий и террора, есть и заслуга БКДП. Мы сделали все, чтобы в очередной раз привлечь внимание международной общественности к ситуации с правами трудящихся в Беларуси. Мы гордимся своей организацией, её членами, гордимся тем, что независимые профсоюзы оказались достойны своей высокой миссии -- вернуть белорусским рабочим их право на человеческое достоинство. Мы очень признательны учредителям премии, в лице наиболее авторитетных в профсоюзном мире норвежских профсоюзов, за столь высокую оценку нашей деятельности.  
   Политический режим Лукашенко, бесславно проигравший выборы, но не пожелавший признать выбор народа и уйти использует невиданный в Европе со времен второй мировой войны уровень насилия, кровавого террора против мирных граждан страны, включая рабочих. Многие из них за участие в забастовках и стачках уволены и приговорены к уголовным срокам лишения свободы. Сильнейшему давлению подвергаются наши организации и их члены, которых вынуждают выходить из независимых профсоюзов. В спешном порядке штампуются драконовские законы, вносятся изменения в Трудовой кодекс, на основании которых работников могут осудить даже за призыв к забастовке. Нам сегодня нелегко, ситуация требует от членов независимых профсоюзов большого мужества и самоотверженности, чтобы выстоять. Но мы не сомневаемся в нашей способности не только выстоять, но и победить. На это нас вдохновляет и полученная высокая награда.
   

   Лидерам БКДП Александру Ярошуку и Сергею Антусевичу сегодня сообщили о награждении БКДП премией Артура Свенссона на онлайн-заседании Всеевропейского совета Международной конфедерации профсоюзов (МКП-ВЕРС) по подготовке к Междунароной конференции труда. Именно МКП при поддержке IndustriALL номинировали БКДП на соискание премии Свенссона.

   Среди лауреатов премии Артура Свенссона прошлых лет были: Президент Центрального профсоюза работников Чили (CUT) Барбара Фигероа (2020 г.), Лидеры Конфедерации независимых профсоюзов (КНП) Казахстана Лариса Харькова, Нурбек Кушакбаев и Амин Елеусинов, (2018 год),  Южноафриканский профсоюз работников торговли, погрузочно-разгрузочных работ, сельского хозяйства и смежных отраслей промышленности (2017 год), LabourStart (2016 год), Ассоциация учителей Бахрейна (2015 год), генеральный секретарь Национального профсоюза горняков и рабочих-металлистов Мексики Los Mineros Наполеон Гомес Уррутия (2014 год), российский профсоюзный лидер Валентин Урусов, много лет находившийся в заключении по сфабрикованному делу (2013 год) и др. 
 

   Мы действительно раньше имели в Беларуси такую судебную практику, что административный арест не являлся прогулом, но на него, естественно, не насчитывалась зарплата, отпускные, премии и так далее. Я смотрел правовую базу, там предусмотрены даже особые отметки в табеле работника о том, где он находился, т.е. что отбывал административный арест.
 
   Если изменения направлены против людей, участвующих в массовых протестах, которые попадают под административный арест и будут впоследствии уволены – здесь понятна логика властей, что они собираются таким образом уволить всех несогласных. Но ведь оснований для ареста множество: это может быть и хулиганство, и задержание в пьяном виде или драка – очень много разных причин попасть на «сутки». С этим как?
 
   Я понимаю страх этой власти, стремление привести все к таким условиям, чтобы все боялись и строем ходили на работу-с работы и даже не помыслили сделать шаг влево или вправо. Но на практике, повторюсь, мы действительно оформляем документы и превращаем страну если не в концлагерь, то в трудовой лагерь.
 
   …Глядя на поправки, например, в Кодекс об образовании, я не знаю, что вообще происходит в головах депутатов, какой мыслительный аппарат работает. Понятно, что там вообще нет слова «против», но какие мысли возникают у людей, принимающих подобные поправки к законам?
 
   – На ваш взгляд, смогут ли противостоять этому независимые профсоюзы, юристы, или уже практически нет рычагов противодействия?
 
  – Когда эти поправки становятся законом, к сожалению, у нас мало механизмов. Можем только констатировать, что эти законы были приняты без согласования с остальными партнерами – никто проект изменений в Трудовой кодекс нам не представлял и с нами не обсуждал.
 
   Это выглядит довольно странно, потому что такие вещи обязательно должны приниматься после консультаций с профсоюзами. Возможно, что-то может сказать на этот счет ФПБ. Но нас точно никто даже не спрашивал, каким образом выходить из этой ситуации, если она требует правового урегулирования, или если новая реальность требует изменений в Трудовом кодексе, то что это должны быть за изменения.
 
   Когда у нас были предыдущие большие споры по Трудовому кодексу, по имплементации в него 29 и 5 декрета, то была хотя бы видимость диалога Минтруда, которое внесло эти поправки, правительства, Федерации профсоюзов, БКДП. Мы долго обсуждали эту тему, и поправки лежали в парламенте больше, чем два года, их не решались рассматривать. А здесь только внесли поправки, и за неделю уже приняли в первом чтении – очевидно, что готовы принять как можно быстрее.
 
   …Что касается забастовок, там все понятно. Ну, прописали еще раз, что нельзя выдвигать политические требования при проведении забастовок. Но то, что написано в тексте и то, что у нас было, никак не соотносится – закон, правоприменительная практика и реальная жизнь расходятся у нас слишком далеко.
 
   – Уволить человека смогут не только за призыв или участие в забастовке, но и за «иные формы отказа работника от выполнения трудовых обязанностей (полностью или частично) без уважительных причин». Под такую формулировку, при желании, можно подвести что угодно.
 
   – В принципе, да. У нас уже были случаи, когда, например, на «Гродно Азот» человек отказывался принимать смену из-за загазованности на рабочем месте, а его посчитали «уклонистом» и сказали, что придет на это место другой человек, для которого будет все нормально.
 
   Вообще, человек имеет право отказаться от работы, если она угрожает его здоровью и безопасности, если рабочее место не соответствует требованиям охраны труда.
 
   Но в такой ситуации, с учетом принятых поправок, получается как в армии: что нужно вначале выполнить незаконный приказ, а потом его пытаться опротестовывать. Это выглядит, конечно, мерзко.
 
   Мы докатились до такой ситуации, когда ждать какой-то либерализации, послаблений от этой власти навряд ли стоит. То, что таким образом «закручивают гайки» – мы уже видели, к чему приводит подобная политика, когда народ не готов и не хочет терпеть это.
 
   Протест продолжается, в том числе на рабочих местах. И мы видим только часть айсберга – стачкомы, а ведь есть еще невидимая, подводная часть – все те люди, кто даже не входя в стачкомы, отказываются работать в условиях, когда нарушаются элементарные правила охраны труда. Изменения направлены в том числе против них, чтобы заставить работать на неисправном или плохо действующем оборудовании, условно говоря, на машине без тормозов.
 
   Один человек сказал, что «иногда не до законов». Эту цитату я в последнее время часто употребляю, наверное, и в этом случае она будет уместна, потому что мы уже практически пришли к той точке, когда никому нигде будет не до законов, и то, что будет написано, не будет стоить даже той бумаги, на которой оно написано.

   Почему медики стали уходить из официального профсоюза?
   
  Дмитрий Маркелов — хирург с 26-летним стажем. Практически столько же, говорит врач, он состоял в Белорусском профсоюзе работников сферы здравоохранения.
  В августе прошлого года он подал заявление на выход из организации. Так же, по его словам, поступили около 60 его коллег из МНПЦ хирургии, трансплантологии и гематологии.
  — Основной причиной явилось то, что в конфликт с позицией официального профсоюза вступили принципы профессиональной этики, — рассказывает Дмитрий. — Это стало последней каплей.
  По словам Дмитрия, и раньше его коллеги по клинике выходили из профсоюза, но для себя он не считал это важным, поскольку «не хотелось портить отношения с руководством».
  —  Вроде как мы коллеги, все нормальные люди. Но после 9 августа я не мог оставаться в этой организации.
Дмитрий говорит, что у этого решения был накопительный эффект, на который наслоились «пусковые триггеры»: эпидемия COVID-19 и отношение профсоюза к августовским событиям в Беларуси.
   — До недавнего времени мы, медики, думали только о своих профессиональных обязанностях. Профсоюз воспринимали как организацию, которая дарит конфеты к Новому году, организует какие-то спортивные мероприятия или предлагает билеты в театр за полцены. Нарушением норм трудового законодательства интересовались единицы — принципиальные люди, к числу которых я себя не относил. Но после мне пришлось почитать многие законы, узнать, что такое коллективный договор и для чего его подписывают, изучить Трудовой кодекс: сколько мы можем работать, как должен оплачиваться наш труд и так далее. И у меня, естественно, возникло много вопросов.
   Одним из «пусковых триггеров» лично для Маркелова стало то, что врачей, по его словам, вынуждали и продолжают вынуждать искажать статистику по коронавирусной инфекции.
   — Это вызывает серьезный внутренний конфликт и идет вразрез с профессиональной этикой. После первой волны эпидемии «рана» еще была свежа, и на нее наслоились президентские выборы. Да, они не имеют прямого отношения к медицине, но в жизни ты не только врач, но и гражданин. Кто-то был независимым наблюдателем на выборах, у кого-то наблюдателями были знакомые. Все видели, как считали наши голоса. И третьим пусковым механизмом стало насилие, которое случилось после президентских выборов. Опять же первыми с его последствиями столкнулись врачи. И опять услышали ложь о травмах, пострадавших. Все вместе это сложилось, и произошла ситуация, с которой за 26 лет работы я не сталкивался. Не ожидал, что будет такой массовый исход из профсоюза. Если раньше это были единицы, то сейчас — не менее 60 коллег. Я говорю исключительно о своем медучреждении. Мы долго работали за небольшие деньги, дежурили сверх всех возможных норм. Но когда нас стали принуждать обманывать, утаивать, закрывать глаза на все, что происходит, это вызвало еще большее возмущение. Вот это понять не получилось.
   С августа 2020 года прошло восемь месяцев. За это время медики, которые вышли из официального профсоюза, решили объединиться и основать собственную организацию, с помощью и в рамках которой они намерены отстаивать свои трудовые права.

   Чем будет заниматься независимый профсоюз и как он намерен решать проблемы?
   «Панацея» заявила о себе в конце марта 2021 года, когда стала отраслевой организацией в структуре «Свободного профсоюза Белорусского» (СПБ).

   — Новые профсоюзы в нашей стране не регистрировались очень давно. «Панацея» не питает иллюзий, что при текущей общественной ситуации нас зарегистрируют как отдельный профсоюз. Поэтому приняли решение, что будем работать внутри уже зарегистрированного профсоюза с перспективой отделения, — объясняет Станислав Соловей, акушер-гинеколог 3-й клинической больницы Минска. — Пока решено действовать в едином ключе с СПБ, поскольку наши цели совпадают.
   Почему «Панацея»? Станислав говорит, что медики долго искали название, которое бы ассоциировалось с темой здравоохранения и защиты их трудовых прав.
  — Был хороший вариант «Дапамога», но, к сожалению, это название уже занято Белорусским Красным Крестом. Прошло несколько раундов голосования, этот вопрос долго обсуждали. В итоге выбрали «Панацею». Хотя, как шутят в нашем сообществе, мы ее не предлагаем.
   Независимый профсоюз медиков ставит перед собой несколько целей, рассказывает Станислав. Во-первых, юридическую защиту медработников, во-вторых, улучшение условий труда, в-третьих, повышение его оплаты.
   — По моему мнению, у нас как работников очень мало механизмов защиты своих прав. Сейчас медики не защищены ни от желания начальства продлевать или не продлевать контракт, ни от многих других моментов. Ведь медицина — очень специфическая сфера деятельности, где очень тонкая грань между врачебной ошибкой и осложнениями, которые были, есть и будут, к сожалению. На сегодня любая нежелательная реакция после операции может быть расценена как твоя ошибка. Хотя, например, из тысячи случаев аппендэктомии будет один-два, после которых разойдутся швы — и этого не избежать, как бы качественно ни сделал свою работу хорошо обученный хирург. Пациенты не машины, и не все так просто устроено в организме. Но эти осложнения могут поставить тебе в вину. И это очень легко подать как врачебную ошибку с последующими проблемами: лишением права работать, выплат и так далее.
   Еще одна задача, которую ставит перед собой «Панацея», — повышение оплаты труда.
  — Обычно для определения среднего заработка в медицине берут в расчет работу на полторы ставки. То есть ты работаешь в полтора раза больше, но это показывается как средняя зарплата, что, естественно, является искажением реальной ситуации. Расчет почасовой оплаты показал бы совершенно другую картину. Плюс есть очень много более локальных вопросов: и по обучению, и по построению системы здравоохранения, которая, очевидно, нуждается в реформировании.
   Станислав Соловей говорит, было бы глупо и наивно заявлять о том, что молодой независимый профсоюз в силах решить проблемы, которые накапливались в сфере здравоохранения годами. Врач считает так: первое, что необходимо сделать, — озвучить проблемы.
   — У членов «Панацеи» нет иллюзий, что вот мы объединились — и сразу дадим готовое решение. Мы понимаем, что любые реформы в здравоохранении невозможны в отрыве от экономического блока, социокультурных моментов. Но они давно назрели, и молчать об этом дальше невозможно.
  — Какие проблемы ваша организация хотела бы и в силах решать прямо сейчас?
  — В своей деятельности «Панацея» не затрагивает общественно-политическую ситуацию в стране. Мы работаем сугубо в рамках наших отношений с работодателем. Если у кого-то из коллег появляются проблемы с перепрофилированием, невозможностью пройти переподготовку, сдать на категорию — все это будет решаться по мере обращения к нам.
  Например, на данный момент существует относительно вольная трактовка того, как выплачиваются надбавки за работу с пациентами с COVID-19. У нас есть юристы, которые могут проконсультировать и помочь разобраться с этими моментами.
  Возможные перебои с поставками средств индивидуальной защиты, непродление контрактов, увольнение сотрудников, переработки и колоссальные нагрузки на медицинский персонал — это все тоже попадает в сферу интересов нашей организации.
   Станислав Соловей подчеркивает, что профсоюз работает «исключительно в правовом поле, по законам нашей страны». Решать проблемы, которые могут возникнуть у коллег-медиков, они намерены в первую очередь через оказание юридической помощи.
  — В Беларуси уже есть профсоюз работников системы здравоохранения. Он существует более 20 лет, и у него достаточно ресурсов, чтобы решать подобные проблемы. Почему, на ваш взгляд, они все еще не решены?
  — Приведу простой пример. Трудовой кодекс запрещает медикам работать 32 часа подряд, поскольку это небезопасно и для здоровья врача, и для самого пациента. К сожалению, мы привыкли так работать, и многие воспринимают это как норму. В том числе и профорг клиники, который согласовывает графики со сменами в 32 часа и ставит под ними свою подпись, хотя это — прямое нарушение трудового законодательства. Мы работаем сверх нормы, но в этом не видят никакой проблемы — наоборот, преподносят как благо.
  Я помню недовольство дальнобойщиков и компаний, которые занимаются грузоперевозками, когда для них стали лимитировать максимальное время, сколько они могут находится за рулем. За нарушения их жестко штрафовали, и воспринималось это нововведение в штыки, потому что люди теряли деньги. Но это было сделано не только для защиты самого водителя, но и для людей на дороге. Если человек теряет контроль над машиной, это катастрофа. Равно как и врач: если он допустит ошибку на 30-м часу работы, мне кажется, никому не станет легче, если потом это объяснят тем, что у него такой график.
   Сейчас можно найти много научных работ, в которых исследуется, сколько времени человек может работать без потери внимания, в какой момент увеличивается частота неправильных действий и принятых решений. Их нужно учитывать.
   Насчет профсоюза работников сферы здравоохранения — ни разу не слышал, чтобы за последний год он заступился за врачей, с которыми не продлили контракт. Или чтобы встал на защиту Артема Сорокина. Можно, конечно, уходить от ответственности и говорить, что этот вопрос лежит в юридической плоскости, профсоюз здесь не имеет права вмешиваться, но можно ведь просто высказать свою позицию, что высококлассный специалист несколько месяцев находился за решеткой, в то время как он мог лечить людей. Профсоюз в любом случае мог бы прокомментировать, чтобы эта ситуация не повторялась.
    Нам иногда звонят по телефону в больницу, спрашивают, как себя чувствует человек после операции. Но по сути мы не можем даже подтвердить, что у нас есть такой пациент, что он обращался за помощью. Ведь невозможно проверить по телефону: это родственник, у которого есть юридическое право запрашивать такую информацию, или просто сосед? Соответственно, формально по этому пункту можно привлекать к ответственности всех специалистов реанимации, хирургов.
   Для себя я нашел единственный вариант: прошу успокоиться и говорю, что со всеми пациентами в нашем отделении все хорошо. Но, по сути, этот момент — большая юридическая дыра.
  — Одна из проблем, которая на виду даже у тех, кто не имеет отношения к сфере медицины, — непродление контрактов врачам, которые высказывают свое мнение. Как этому можно противостоять, на ваш взгляд? В силах ли профсоюз что-то с этим сделать?
   — Формально у работодателя есть полное право не продлить работнику контракт, как и у самого работника, если он не хочет работать дальше. Вроде все по закону, но на практике… Без глобального реформирования системы я не вижу выхода из сложившейся ситуации. Условно говоря, если человек отработал в клинике 3−5 лет и он не имеет дисциплинарных взысканий, почему бы не заключить с ним бессрочный контракт, если он этого хочет? Так он защищен от желания работодателя продлевать или не продлевать контракт.
   Если убирать всех недовольных, система просто сломается.
  И так во многих организациях здравоохранения медики работают с колоссальными перегрузками. И потеря каждого сотрудника, которому не продлили контракт, фатально увеличивает нагрузку на других. Хуже всего, что вымываются медработники среднего возраста. Молодой врач в 23 года вряд ли в состоянии работать автономно. Ему еще нужен наставник, который будет обучать, страховать. Заткнуть дыру выпускниками университета можно, но это сильно ухудшает качество оказания медицинской помощи, что может стоить пациенту здоровья. Плюс сейчас сильно увеличился отток медицинских кадров за границу, что, на мой взгляд, принимает катастрофические масштабы.
   — По чему вы судите об этом, кроме общих наблюдений?
   — Например, можно просто посмотреть на выпускников моего курса. Многие переехали еще до событий 2020 года в поисках лучших условий работы и оплаты труда. А можно просто взглянуть на состав студентов на курсах немецкого языка — там будет огромное количество медицинских работников.
   Даже с учетом локдауна в Европе и закрытых границ идет приличный отток кадров. А что будет, когда границы откроются? Большинство наших контрактов заканчиваются в августе. Да, мы получим большое количество выпускников университетов. Но их еще нужно учить. Вопрос: кто будет этим заниматься?
   Сейчас учить иностранный язык стали люди в возрасте 40−45 лет, у которых уже есть семьи, дети. Одно дело, когда мы говорим о переезде специалиста, который три-четыре года назад окончил университет. Но когда об этом задумываются люди, состоявшиеся в жизни и профессии, высококлассные специалисты… Тенденция очень нехорошая.
   За последний год медики с незавидной регулярностью подвергались репрессиям. Истории с Артемом Сорокиным, Владимиром Мартовым, которая еще неизвестно чем закончится, не добавляют оптимизма.
   — На ваш взгляд, какие условия должны быть созданы для медиков, чтобы они не задумывались о переезде?
   — Я в этом плане плохой пример, чтобы судить по себе. Я фанат своей работы, мне очень нравится оперировать, для меня это как оплачиваемое хобби.
   В любом случае у человека должно быть чувство уверенности в завтрашнем дне и понимание, что у него есть защита, что любая необоснованная жалоба пациента не обернется серьезными проблемами. Одно дело, когда ты сделал что-то неправильно — и должен отвечать за свои действия. И совсем другое, когда что-то случилось не по твоей воле. Почему мне нравится система медстраховок? Даже если врач ошибся, это автоматически не означает, что его нужно лишать возможности работать. Да, финансовые последствия он должен понести, но лишать профессии? Мы теряем специалиста, а это ограниченный ресурс в текущих реалиях.
   Адекватная оплата труда — актуальный вопрос для всей страны. Режет глаза, когда предполагаемый заработок в вакансиях по поиску медсестры или фельдшера сопоставим с оплатой труда продавца и водителя. Я ни в коем случае не принижаю значение любой из профессий, но дифференциация все-таки должна быть, поскольку уровень ответственности другой, как и время, затраченное на подготовку такого специалиста.
   По словам Станислава Соловья, членство в независимом профсоюзе не является публичным. Если медработник не хочет афишировать этот момент перед работодателем, он может этого не делать. Сколько человек на данный момент вступило в «Панацею», врач сказать не может. Известно, что в нее на данный момент входят медицинские работники из РНПЦ онкологии и радиологии имени Александрова, РНПЦ детской онкологии, гематологии и иммунологии, МНПЦ хирургии, трансплантологии и гематологии, 3-й городской клинической больницы Минска.
   — К сожалению, есть случаи, когда работодателю становится известно о членстве в «Панацее», и тогда это оборачивается ультиматумом: либо ты пишешь заявление по собственному желанию и уходишь по соглашению сторон, либо прекращаешь всякую деятельность и дорабатываешь до конца контракта, либо тебя увольняют с такой записью в трудовой, что дальнейшее трудоустройство оказывается под вопросом.
   — Угрозы и ультиматумы за членство в организации, которая помогает отстаивать и защищать трудовые права?
  — Формально никаких угроз нет. Но вот, например, за факт подписи открытого обращения после приговора Артему Сорокину во многих клиниках пошло откровенное давление на сотрудников. Насколько мне известно со слов коллег, в некоторых организациях их вызывали на разговор с начальством, где-то звучали завуалированные угрозы, кое-где пугали увольнениями и даже Комитетом госбезопасности.
   Белорусский профсоюз работников системы здравоохранения считается независимой организацией, которая защищает наши права перед работодателем, но почему-то фамилии подписавшихся под обращением к его главе оказались у начальства клиник. Насколько было этично передавать их? Это ведь было просто обращение с просьбой прокомментировать ситуацию.
   Вопрос задержания Руслана Бадамшина на рабочем месте тоже вызвал бурную реакцию среди медиков. Я понимаю, если бы он совершил правонарушение. Но его, насколько мне известно, задержали прямо на работе досидеть оставшиеся сутки административного ареста. По-моему, на это профсоюз также должен был отреагировать. Это ненормальная ситуация и очень неприятный прецедент. Хороший микроклимат в отделении — важный компонент нашей работы. Но если к тебе могут прийти прямо во время смены, о чем теперь думать другим? Каждый раз, когда тебя вызывают в администрацию, предполагать, что могут задержать? Как к этому относиться?
   За много лет мы привыкли, что профсоюз — это подарки к Новому году и билеты за полцены в театр, хотя он должен выступать защитником медиков, контролировать момент переработок и многие другие. Профсоюз не может работать в одном направлении с администрациями клиник — это претит самой идее организации. Равноправный диалог — это уже более приемлемая форма сосуществования.